НИКОЛАЙ ПАВЛОВИЧ ЗАДОРНОВ ВОЙНА ЗА ОКЕАН ОСВОЕНИЕ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА 4 Война за океан заканчивает цикл романов о капитане Г. Невельском, об освоении русскими Далекого Востока. Амурская экспедиция Г. Невельского приблизила результат 200-летней деятельности русских людей в Приамурье, содействовала закреплению России на Безмятежном океане КНИГА ПЕРВАЯ Петровская коса Руководитель первая В КАЗАРМЕ Подобин, на пост услыхал матрос сквозь сон голос унтер-офицера Салова. Иван Подобин бегло сел на нарах, вытянул жилистые руки, напрягаясь всем телом, словно стараясь что-то стряхнуть с себя. Руки гнутся плохо, и шкура как задубела. Как меня нынче преодолело задумывается Подобин, не цинга ли подкрадывает Лег соснуть перед вахтой и заспался. Унтер-офицеру пришлось потрясти Ивана за плечи. Салов невысокий и плотный, светло-русый, стрижен ежом, с краткими карими глазами, с конопатым лицом в мелких, нередких морщинах. Он попался в экспедицию с брига Охотск, кой разбился здесь, в заливе Счастья, осенью прошлого, 1850 года и вытащен на берег. Команда сохранилась в экспедиции. Унтер-офицер не уходил, ожидая, не придется ли еще раз будить.казарме душно и жарко. Два светильника с фитилями в жиру освещают нары со спящими людьми. Недавно поужинали, немалые улеглись, слышен храп, а порой стоны. Кости у людей ноют расчищали пост, откапывали из-под снега пушки и дома, занесенные позавчерашней пургой до крыш. Вокруг поста навалили валы дольше чем в сажень.края чисто вымытого и выскобленного ножами стола пылает свеча. На чурбане сидит долговязый рыжеватый казак Парфентьев в матросской рубахе и шьет себе ичиги. Казаки экспедиции надеты в морскую форму. Парфентьеву завтра проехать на реку Амур через залив и горки прямой дорогой в Николаевский пост.
Нескончаемо люди назначаются выезжать туда и обратно. Подальше нары перегорожены холщовыми и цветными занавесками. За ними проживают семейные. Слышно, скрипит зыбка. Матрена Парфентьева, высокая, худая, изможденная барышня, еще молодая, со скуластым лицом и карими глазами, качает малыша и то напевает ему песенку, то бранит и угрожает выкинуть собакам. Старуха мама трактует с малорослой смуглой соседкой супругой казака Беломестнова. Порой в их беседу ввязывается Матрена. Еще 1 женщина Алена Калашникова, крепкая, молодая, со скуластым румяным лицом и коротким прямым носом, домывает пол. Она полуразогнулась, дабы перевести дух, и вытирает потный лоб сгибом обнаженной до локтя руки, а в иной держит влажную тряпку над ведром и поглядывает с любопытством, как мучается, не оборя сон, сосед Иван. Она выскребла пол метлой с песком.печи на веревке сушатся портянки, а на плите рядами, один на другом, валенки и торбаса[1 Торбаса нежные оленьи сапоги. ], меховые чулки, ичиги, все ступнями к горячей печке. Заметив, что Алена смотрит, Иван Подобин несколько приободрился. Салов пошел дальше. Алена, пихнув босые ноги в валенки и придерживая на груди концы накинутого на голову платка, подхватила ведро с помоями.дверях она встретилась с молоденьким матросом Фоминым, несшим полную охапку березовых дров.
Фомин посмотрел на Алену исподлобья. Та прыснула и бросилась в дверь. Из-за занавеси выглянул муж Алены, матрос Мокей Калашников, оговоренный недавно коком.
